asia_datnova: (Default)
Удивляют меня часто встречающиеся рассуждения "Чехов не любил людей", или, как вариант - "не любил своих персонажей".

Мне кажется, пока в тексте не будет написано: "Входит Раневская (ненавижу! старая блядь!!! - прим. авт.)", рассуждать об этом довольно затруднительно.

Или, добавляет Таня, - "тупой старый хрыч Фирс вышел ей навстречу".
asia_datnova: (Default)
Новый метод литературной критики.

В подборке "Нового мира" попалось одно предисловие Битова, одно послесловие Битова, и "Записки из-за угла", которых я не читала. И дойдя до "11 августа" и прочтя и его, я впала в чудовищное настроение на сутки. О тщете всего сущего. Катя ходила и всем сочувственно объясняла:
- Ася вчера что-то не то прочитала. (Таким тоном, каким говорят - "что-то не то съела".)
Наконец я к ней воззвала за утешением, Катя мудро заглянула в конец текста и говорит:
- Ася, журнал 90-го года, но текст 63-го. То есть это ему еще не было тридцати. Если бы тебе молодой мальчик начал что-то такое излагать, ты бы что подумала?
- Что он интересничает, - призналась я.
- Ну вот! - обрадовалась Катя, - Нет тридцати! Ася, ведь это мужчины, которые тебе еще даже не нравятся!

И от сердца у меня отлегло.
asia_datnova: (Default)
Я сегодня пережила настоящее культурное потрясение. (И немедленно выпил.) До сих пор немного потрясывает.
Рассказываю по порядку. Взяла я, значит, у Майки томик Одена - параллельно английский текст и перевод на русский. Одена я люблю. Хотя, не скрою, английского в целом не знаю, в стихотворных размерах, опять же, как свинья в апельсинах, так что кидайте в меня камни. Говорят, у них не там паузы и не те значения, и ямб с хореем у них не те эмоции вызывают, и вообще все сложно.
Сегодня на долгую дорогу в метро до Н.С. взяла томик - красивый такой, золото на красном, - дай, думаю, поэзии почитаю. Культурно проведу перегон между станциями.
Села, открыла... И тут же выяснила, что я, по незнанию языков, совсем не того Одена читала. Даже не знаю, с чего я решила, что он мне нравится - по снобской безмысленности моей, не иначе. Все "Оден" - ну, и я "Оден".

Впрочем, потом я Н.С. пару текстов показала - и по тому, как очки ее сами подскочили на лоб, я поняла, почему от меня вагон разбегался. А то едет такая девушка в очках, с томиком поэзии. Я же, кажется, била себя томиком промеж глаз, и еще явственно бормотала "Еб твою мать!"

Теперь и вам покажу - расскажите мне, пожалуйста. Потому что лично мне, по недостаточному знанию английского, видимо, кажется, что русский текст к английскому имеет такое же отношение, как... (она надолго задумалась)
По-русски, например, я ни слова не понимаю. Особенно в сочетании. Может быть, это еще один очень точный перевод, из тех, что последнее время в моде?

Итак, я открыла страницу сорок восьмую и внимательно прочла:

This lunar beauty
Has no history
Is complete and early;
If beauty later
Bear any feature
It had a lover
And is another.


Затем обратила свой взгляд на правую половину разворота:

"Лунное сияние -
Вне предания,
Оно заранее
Опоздания
Избыло возможность,
Его мономания -
Непреложность".

Затем я снова взглянула на левую половину:

This like a dream
Keeps other time,
And daytime is
The loss of this;
For time is inches
And the heart's changes
Where ghost has haunted,
Lost and wanted.


Потом на правую:

"Оно как сон,
Что вне времен,
А свет дневной -
Сон временной;
За дюймом дюйм
Ползут часы
И наших дум
Пасут азы".

Пасущиеся тазы меня немного удивили. Тогда я снова посмотрела налево:

But this was never
A ghost's endeavour
Nor, finished this,
Was ghost at ease;
And till it pass
Love shall not near
The sweetness here
Nor sorrow take
His endless look.


И направо:

"И некий дух
(Он вне эпох)
От сих до сих
Ведет двоих,
Но тут подвох:
Он не любовь
(Господь, избавь!)
И не печаль
(Меня уволь!)"

Тут слабый голос во мне пискнул: "Меня уволь!" - но я усилием воли подавила его и полезла в примечания и предисловие, написанное автором перевода. Ничего не найдя в предисловии удовлетворительного, кроме "Следуя за поэтом (и - частный, но экстремальный случай - переводя его стихи), мы вступаем не в мир поэта, а в область собственных предположений, догадок и прозрений", я снова обратилась к основной части книги. Ну, допустим. Но в какой степени прозрений?

Зато в интервью автора значилось: "Сейчас у продвинутой читающей молодежи установка на плохой перевод, сквозь неуклюжий перевод она хочет увидеть оригинальное авторское решение, домыслить, превратить книгу в интерактивное чтение".


Далее следовало:

But the answer
Is hard to remember:


Справа же значилось:

"Однако ответ -
Это очень тяжелый предмет;"

Тут, кстати, трудно не согласиться, ибо смотря что за вопрос. Бывает, что и тяжелый предмет, без вариантов.

Далее шло:

On steps or on shore
The ears listening
To words at meeting,
The eyes looking
At the hands helping,
Are never sure
Of what they learn
From how these things are done.


Cправа:

"На лестнице и на пляже
Жадные уши
Пасут наши души,
Жалкие очи
Вопят что есть мочи,
Жаркие руки
Безнадежны в науке,
Ответ облачен в одеяние скуки".

Миновав наши руки не для скуки, я заглянула в конец стихотворения.

Shall the bird live,
Shall the fish dive,
And sheep obey
In a sheep's way;
Can love remember
The question and the answer,
For love recover
What has been dark and rich and warm all over?


Cправа стояло:

"Да здравствует тварь небесная,
Вода морская и пресная,
Послушанье овечье,
Собачье и человечье;

(Да здравствует мыло душистое! И полотенце пушистое!)

Только любовь (да и то сомнительно)
Запоминает вопрос и ответ обязательно:
Ибо в теплой и щедрой бездне
Купается без малейшей боязни".

Я была немного испугана, и поэтому пролистала "Хоть в небесах / Ужасных птиц / Грозит размах / Зудит в паху / Быть наверху" и перешла сразу уж к любимому - As I walked out one evening...

И вот что меня подстерегало. Полностью приводить не буду, английский текст - по ссылке выше.
Я даже прослезилась от восхищения.

And down by the brimming river
I heard a lover sing
Under an arch of the railway:
'Love has no ending.

'I'll love you, dear, I'll love you
Till China and Africa meet,
And the river jumps over the mountain
And the salmon sing in the street,

'I'll love you till the ocean
Is folded and hung up to dry
And the seven stars go squawking
Like geese about the sky.

'The years shall run like rabbits,
For in my arms I hold
The Flower of the Ages,
And the first love of the world.'


Русская версия:

"А над рекой, до края
Водою налитой,
Влюбленный пел: "Родная!
Твой друг всегда с тобой!

Вспять не струятся реки,
Треска нейдет в кабак,
И я тебя навеки,
Покуда это так".

Тут я сразу вспомнила - Наташа! Твое любимое "зачем страдаю перцем": "Ты помнил, когда начал

Дразнить речных собак.

И будет все иначе.

Иначе или так".


But all the clocks in the city
Began to whirr and chime:
'O let not Time deceive you,
You cannot conquer Time.

'In the burrows of the Nightmare
Where Justice naked is,
Time watches from the shadow
And coughs when you would kiss.


"Костляво и горбато,
Оно шмыгнет в кровть -
И кашляет, когда ты
Возьмешься целовать".

'In headaches and in worry
Vaguely life leaks away,
And Time will have his fancy
To-morrow or to-day.


"Кошмары и мигрени
Тебя подстерегут
И краткие мгновенья
Длиною в Страшный Суд".

(это что-то от Набокова с его Алисой.)

'O plunge your hands in water,
Plunge them in up to the wrist;
Stare, stare in the basin
And wonder what you've missed.


"Нырни руками в реку,
Поглубже зачерпни,
До срока, о, до срока
В грядущее взгляни".

Дальше шло что-то вовсе удивительное, и, видно, очень личное:

O look, look in the mirror,
O look in your distress:
Life remains a blessing
Although you cannot bless.

O stand, stand at the window
As the tears scald and start;
You shall love your crooked neighbour
With your crooked heart.'


"Взгляни, взгляни - кругами
Расходится вода.
Ты, может, моногамен?
Какая ерунда!

Взгляни; вгляни на лица,
Искатель сладких нег, -
Здесь не в кого влюбиться,
Тем более - навек!"

Тут я поняла, что схожу с ума, и перестала. Правда, очень непростое чтение, этот ваш Оден. Не настолько я продвинутая молодежь.
Впрочем, левая половина книги мне нравится.

А что, правда Бродский говорил, что этому автору с говорящей фамилией надо Одена переводить? Шутки у вас, боцман.

Это тот самый, который, говорят, последние годы ебн стал хорошо разбираться в политических вопросах? Я не в курсе.

Простите меня, поэты, переводчики и филологи. Простите меня, френды, не уберу под кат.
asia_datnova: (Default)
Если с греками и римлянами мы прекрасно управились, всех в себя умяв, то с Gemäldegalerie осечка вышла.

Никогда не думала, что меня можно довести до такого состояния одним созерцанием живописи. А вот, живопись-то и оказалась самая трудоемкая. (Надо подумать, почему.) Натуральный передоз. Нет, я заподозрила неладное, когда прочла в плане галереи, что фламандцы и голландцы расположены в залах с 8 по 19, а также в залах с VII по XI. (Всего залов по внешнему периметру 41, а по внутреннему XVIII, не считая кабинета графики.) Сломались мы на итальянцах, когда Г. показалось, что у святых на картине с жужжанием вращаются нимбы. (А еще мы, адаптировавшись к голландцам и фламандцам, оказавшись в залах больших картин, тыкались в них носом и не понимали, что это за пятна перед глазами. А потом медленно задирали голову, тупо моргали - и только потом соображали, что надо отойти хотя бы шага на два.)

Немцы 15 века меня покорили. 16-17 уже не так, а вот 15...
Во-первых, все это чрезвычайно ярко, глубоких цветов, с лилово-зеленоватой гаммой, широколобо, круглоголово. Во-вторых, оригинальные идеи посещали их религиозных живописцев.

Например, Тайная вечеря; в центре Христос, стол развернут вдоль, одним концом к зрителю, справа и слева апостолы, а внизу по центру - плетеная корзинка. По которой ползет большая черная жирная муха. Один из апостолов ее того и гляди прихлопнет.

Или распятие, на золотом небе удивительные черные пиявочки извиваются. Они с чашками собирают брызги крови Христа там и сям, суетясь как в электронной игре "поймай яйцо".

Или вот маленькая фигурка чрезвычайно одинокого Папы, в левом углу, он поклоняется Марии. Перчаточки свои белые снял и аккуратно рядом на ступеньках сложил.
А в это время ангелы небесные в облаках, и один свесился вниз и одной рукой слегка Марии металлический нимб поправляет.

Или еще: сонм ангелов, стоит вкруговую, только крылья у них не белые, не золотые и не какие-нибудь, а птичьи. Разноцветные, пестрые, с четко выписанными перышками, как на позднейшем натюрморте, у кого зеленые с синим металлическим отливом, у кого серые в крапинку. Какая красота.

Мастер Дармштадских "Страстей" написал в том числе диптих, на левой половине Мария с младенцем Иисусом на коленях, на правой - Бог Отец на коленях с распятым Иисусом, как с ребенком. (Иисус на коленях у Бога Отца - этот сюжет встречается, но в такой трактовке с наглядным сопоставлением особенно здорово.)

Из более позднего - Лот; увы, не записала, чей, и в каталоге галереи ее нет. Но представьте, такой темный фон, на нем такой выписанный Лот, поясной, как-то коварно, не то виновато косящий вбок; и только в левом нижнем углу, совсем чуть, по краешку, из левого в правый - белый локоть и часть женского бока видно. Павший соляной столп за кадром.

Или рождество: тоже уже реалистичная, прописанная, с пятью источниками света: ночь, 1) полная луна, 2) свет с небес от Отца, в окне разошедшихся туч; 3) по центру, в темноте порушенного дома, над младенцем стоит Иосиф, закрывая от него свет фонаря; 4) костер вдали, с пастухами, к костру с неба спускается ангел, сам ангел - освещен бликами от костра; 5) сияющая голова младенца. И все это бросает блики и тени во тьме.


Нашла кое-что из каталога Gemäldegalerie (http://www.smb.spk-berlin.de/htbin), но качество у них хромает.

иллюстрации )
asia_datnova: (Default)
Н. рассказала, что после 10-дневного посещения Венеции у нее перед глазами стоял шар из смятых в клубок голубых и красных тряпочек, с торчащими из него во все стороны голыми ногами. "Кажется, - говорит, - в жизни больше никогда не отличу Тициана от Тинторетто".
Надо такую скульптуру сделать. Чур, я.

Л. сперва не поверил, хмыкнул в телефон:
- Я тебе тоже так говорить буду: "С утра до вечера по музеям с пацанами, с утра до вечера".

Это, конечно, все от жадности. Жадно насовать в глаза побольше.
Даже не купили себе ничего, несмотря на целую улицу демократических марок по соседству с отелем. Даже не заглянули на нее ни разу, а Н. так и уехала из Берлина в дырявых тапочках.
- Признайся, - говорит, - самой себе, честно, что тебе интересней, шоппинг или Рембрандт?
Я взвесила оба слова по согласным.

Там музеи - это как 20 Пушкинских, не меньше, по величине, широте и высоте, и как 50 Пушкинских по богатству коллекции. Кажется, они стараются выставить как можно больше, вместо того чтобы хранить в запасниках. Но греко-римов мы еще одолели довольно бодро, только к вечеру ноги сбили и зверики вотивные в глазах.

Ходили с Г. по музеям и хихикали. И тыкали пальцами. А еще культурные, вроде бы, люди. Но удержаться невозможно. Н. ходила за нами и возмущалась:
- Нет, а чего вы ржете? Ходят по музею и ржут, главное. Вот что такого смешного можно найти в Мане?
- Мы, - говорим, - просто таким образом выражаем свою радость. Ой, вон, вон Моне!
- Ну глядите, - мрачно сказала Н., - не обделайтесь со смеху.

А греко-римы оказались невероятно радостными в этом смысле. Древнегреческие онанисты, меряющиеся пенисами, маленький зелененький Зевс (болел); блевательные чаши, глиняная грубая скульптурка мальчика, вытаскивающего занозу - абсолютно та же поза, тот же сюжет, просто раньше; а самое главное - зверики, как вотивные фигурки, так и рисунки. Если с людьми все более-менее канонично, то на звериках они отрывались. Сокровищница для мультипликатора, а не лица. (Потому что там у всех зверей не морды, а все-таки лица.) Задумчивая как философ рыба с длинной верхней губой висит в руках рыбака головой вниз, осмысляет свое положение. Собаки, лошади. Очень худой заяц. Ушастые ежи.
- Ой, гляди, черепашка!

Потом, уже в Берггрюене, поняла, что напоминают рисунки тушью Матисса: вот эти тонкие, намеченные парой непрерывных линий контуры фигур на вазах. Только у них подобные лица - у звериков, а у Матисса - уже и у людей.

И как это сатиры остались и переродились в чертей, непонятно. Наверное, все-таки не на пустом месте? Если столько веков кочует один и тот же образ, слегка транфсормируясь, должно быть, есть под этим и какое-то реальное основание, а не только чья-то внезапная фантазия. (Саму преемственность я понимаю, просто кажется, что даже "просто хорошая идея" - раз она живет, значит, она отвечает потребностям. Значит, есть реальность, которую она описывает.)

Из трактовок Афродиты мне больше всего нравится та, где она выжимает волосы.

Нефертити они поставили напротив Клеопатры, глаза в глаза.
asia_datnova: (Default)
" - Ницше? Не знаю. Я Ницше не читал!
И опять таким тоном, что делается стыдно за Ницше". (с) Тэффи
asia_datnova: (Default)
Какое абсолютного счастья стихотворение Хармса! И не знала ведь. Жизнь прошла мимо.



Мы забрались в траву и оттуда кричим:
Астроном! Астроном! Астроном!
Он стоит на крыльце с телескопом в руках,
С телескопом в руках на крыльце.
И глядит с удивленьем вперед и назад,
И глядит с удивленьем вперед и назад,
И глядит с удивленьем вперед.

Мы кричим: посмотри! Мы кричим: посмотри!
Посмотри, астроном, в телескоп!
Он обводит глазами таинственный сад,
Телескоп за подставку берет
И глядит с удивленьем вперед и назад,
И глядит с удивленьем вперед и назад,
И глядит с удивленьем вперед.




(Оно мне еще и напоминает что-то, тоже любимое; не то Эдгара По, не то Гумилева, не разберу, брезжит вот, брезжит... Может, это? -

"Там, где выступ холодный и серый водопадом свергается вниз,
я кричу у безмолвной пещеры: Дионис! Дионис! Дионис!".

А может, и другое... Пока точно не вспомню, буду терзаться. "Ты забыл о своей Улялюм?" )
asia_datnova: (Default)
Похоже, первым зеленым человечком был все-таки Торо. 1817-1862 (во всяком случае, это то, что мне удалось раскопать, вспомните более ранние примеры?). Это если в литературе, если не брать отдельных зеленых человечков*, возникавших там и сям самостоятельно, вне общественных течений, блаженного Августина, Серафима Саровского, но у них было все равно иное, по другому поводу; в основном же, судя по всему, в сознании начисто отсутствовало представление "звери = я". Даже мысли такой не возникало, и возникла она поздно, на удивление поздно.

Человек был царь природы, и отношение к зверям и к природе вообще - упромыслить, все здесь создано для меня, чтобы мне пожрать и одеться, спасибо, благое провидение. Казалось бы, если ты здесь самый главный - не убей, а отпусти. Нет. Потребительское отношение к природе хорошо прослеживается, например, в "Робинзоне Крузо" (1719) - (который теперь, в общественном представлении, почему-то превратился в одну из главных экологических книжек, не являясь таковой) и даже в "Таинственном острове" (1875). Что увидим - в то и стреляем, а потом смотрим, съедобное, или иным способом исследовать? Человек - центр мироздания. (Только, по-моему, это было не такое "я", как сейчас, это было какое-то видовое я, наделенное божественностью.)
А потом произошло что-то - что, я так и не поняла. И центр мироздания вдруг сместился. Переместился из человеческого пупка. И все мы стали равноправными, и звери, и травы.

Уловить бы точно этот момент - как, и почему. Причем сперва звери становятся как я, а я как звери, мгновение - и вот уже радикальное "звери лучше людей!".

И уже Киплинг в девятисотых - создает зверское общество в джунглях, лучше людского. Уже тоска по природе, и от людей некуда деваться, все засижено. В 917-м - Лондон пишет "Джерри-островитянин", "Майкл, барт Джерри". Сэтон-Томпсон пишет рассказы о животных, вызывающие ненависть к людям.
(Пожалуй, я пересмотрю свои взгляды на Сэтон-Томпсона. Раз "хорошее отношение к лошадям" только недавно началось, понятно, почему писал так жестко. Чтобы дошло быстро.) Потом, в 930-х, Хейердал с Лив сидит на Фату-Хиве.

Впрочем, все это западная цивилизация, с "по образу и подобию". Мы - по образу и подобию, а ты вообще без души, так, мурло, покрытое шерстью.

Что у них там случилось, в начале девятнадцатого? Мода на буддизм? Перенаселение?

UPD - кое-что о начале - http://jaerraeth.livejournal.com/157605.html

___
* "зеленых" не в смысле экологов, а в смысле пирамиды Маслоу
asia_datnova: (Default)
К. написала книгу об исторических драгоценностях с судьбой, в том числе о перстне Веневитинова, который он носил как брелок, и обещал надеть когда либо женится на своей обожаемой Волконской, либо когда помрет. И вот, стал умирать, и в беспамятстве друг надел ему на руку перстень, чтобы как-то намеком сообщить... Тот очнулся, смотрит, перстень на руке, и говорит: "Я что - женюсь?"
Два месяца добивалась от музея перстень показать, К. уже хотела плюнуть, потому думает - э, нет, не могу бросить Дмитрия Владимировича, красавца, и снова давай музей утюжить, те едва согласились, десять лет не открывали, а как открыли коробку, смотрят, там грибок, открыли б года через два - была бы одна бронзовая пыль.
Потом съехали на Грибоедова, которого грузины до сих пор, оказывается, ненавидят за то, что он их княжну выебал, потом на их наряды на Кавказе, кожаные брюки да жилетка с серебряными застежками, а вовсе не сюртуки, и на эполеты, приклеевшиеся к Лермонтову, который их-то и не носил, шик такой был: не носить; и как в кино его в белой рубахе, а был в красной, шелковой, на которой кровь не видна.
К. меряла очечки Грибоедова. Пишут, что был сильно близорук, а она думала - нормлаьное зрение, как Битов и Гришковец носят очки с простыми стеклами; а все еще интересней - очки оказались дальнозоркими. То есть он их себе заказал, не чтобы лучше видеть, а чтобы вообще никого не видеть.
Ну, потом уже к моему Чехову, обсудили с девушками, отчего это он женился на тумбочке, еще платье в горошек, и сидит критик З., борода седая, усы в табаке, среди баб, каждая на ком-то повернута, врпочем, в основном все на Пушкине, на Чехове я одна.
Чудесный вечер был, пока кто-то не сказал что-то о российских сериалах; и тут я уже исполнила сольную арию, минут сорок исполняла, все матом, визжала, по ощущению, на все Лефортово, пока меня вязать не начали, красивыми видами на воде уговаривать. Вы, это, не говорите со мной о сериалах-то.
asia_datnova: (Default)
Приходится перечитывать Робинзона Крузое, обнаружившегося в компьютере.

Удивительно, насколько эта экологическая (по дальнейшей мифологии) книжка лишена экологического сознания. Вернее, ничего удивительного, это все новомодные штучки. Чудесная история начисто лишенного воображения обывателя, попавшего в романтические обстоятельства. Он сразу находит, где поставить стул и стол. Даже на необитаемом острове он стесняется ходить нагим. И все эти мерные религиозные рассуждения, и вся эта работорговля. "он предложил мне шестьдесят золотых за Ксури. Мне очень не хотелось брать эти деньги, и не потому, чтобы я боялся отдать мальчика капитану, а потому что мне было жалко продавать свободу бедняги, который так преданно помогал мне самому добыть ее. Я изложил капитану все эти соображения, и он признал их справедливость, но советовал не отказываться от сделки, говоря, что он выдаст мальчику обязательство отпустить его на волю через десять лет, если он примет христианство. Это меняло дело". "Нужно ли мне было бросать налаженное дело, благоустроенную плантацию, которая с каждым годом разрасталась и приносила все больший и больший доход, ради того, чтобы ехать в Гвинею за неграми, между тем как при некотором терпении я дождался бы времени, когда наши местные негры расплодились бы, и я мог бы покупать их у работорговцев, не трогаясь с места?"
Или эти подкаты к дикарю, едва обучившемуся английскому: "Кто тебя создал?" Цивилизация пришла.
Но это как раз все понятно. Этот Робинзон типичный царь природы. Это такие люди, которые думают, что все на свете только ради них и устроено. В том и есть благая рука провидения, которое всегда спроворит пожрать. Чтобы познакомиться с животным или птицей, он в них сперва стрелит, а потом уж рассматривает. Вообще, как только он видит что-то, привлекшее его внимание, он стрелит.
Плывет на ботике вдоль дикого берега, глядь, лежит на берегу большой лев и спит. Казалось бы - и пусть себе спит. Но нет. Наш Робинзон тут же хватается за мушкет, убивает льва, а затем сообщает, что толку от туши никакой, ибо мясо льва все равно несъедобно.
Но в конце концов, ему 26 лет.
Однако, даже спасшись в кораблекрушении, оставшись в одиночестве, никаким уважением к окружающим тварям, способным составить ему компанию, он не проникается. Перво-наперво он идет на рыбную ловлю, ловит дельфиненка и съедает его. Голод не тетка, допустим. Потом он решает, что надо с кем-то поговорить, и лупит деревянной палкой по башке птенцу попугая, чтобы принести его домой и научить разговаривать. Спас с корабля пару кошек - а когда они расплодились, большинство выгнал и перестрелял, а потомство остальных топил. Конечно, выживать надо, но жратвы вокруг достаточно, я бы как минимум штук десять да оставила бы. Не припоминаю случая, чтобы на кого-то нападала стая кошек. Но допустим, тоже неудачный пример. Едем дальше. Еще хочется домашних животных. Поймал несколько морских птиц и подрезал им крылья, чтобы не улетели, а красиво свистали рядом в роще. Решает он завести коз. Ловит козленка. Сажает его в изгородь, идет домой и неделю занимается домашними делами. Потом вспоминает - ба, да у меня там козленок! Надо же, еще не умер с голоду.
Собаки и кошки упоминаются вообще вскользь, как незначительная деталь. Я привез рому, пороху, топоры, ножи и пилы, ножницы, снял все канаты, забрал все доски, 16 дней ездил на корабль... Ах да, я в самую первую ходку собаку с корабля снял.
Или это вот описание, как он сидит во главе стола, царь этих мест, самый главный, а кругом верноподданные собаки с кошками ему в рот заглядывают, приятно.
Ходит по острову, то попугая стрелит промежду прочим, то лису с несьедобным мясом и ненужной шукркой, а в свободное время предается благочестию.
В общем, ничего полезного не делает все 24 года, только жрет и читает Библию. Упромысливает.
Непонятно.
То есть, я что хочу сказать: ни одной аналогии между своим состоянием, ощущениями и судьбой зверей, без которой не обошлась бы ни одна более поздняя книжка. Только насчет дикарей, мол, почти такие же, как мы. И если им дать покушать жареного козленка, они поймут, что это вкуснее, и перестанут есть человечину. И приодеть их еще.
asia_datnova: (Default)


Альфонс Муха в Праге - вроде тотема. Его изображения на каждом углу, сувернирная продукция, мотивы в пивных, так много, что надоедает. Однако на выставку все-таки пошла. И там меня настигло просветление.
У него есть удивительные "декоративные портреты", сделанные такой уверенной, плавной штриховкой, как гравюрным резцом - не мягкая, теневая, а линия к линии, и линии все скругленные.
Похоже, для человека весь мир был - декоративный элемент. Нет для него разницы, что женские головки, что портрет в интерьере, бытовая сценка или орнамент из цветов и рыб. Человеческие лица - тот же орнамент, неважно.
Он просто убил меня этим постмодернизмом. Ну, знаете телегу, что в постмодернизме нет разницы между Богом и сиденьем унитаза. Только обычно при этом все выходит аккурат на уровне унитаза.
Мухе все равно было, что делать: витраж в соборе, или денежные купюры, или портрет Сары Бернар, или фантик от конфеты. Он все рисовал одинаково хорошо. Дай ему клочок туалетной бумаги - он и на ней нарисует. Поверхность неважна, обстоятельства неважны, главное - линия.
Это просто фан-тас-ти-ка. Не бывает, казалось, художников, писателей, драматургов, которые бы не делили: вот мое творчество, а вот работа за деньги. И что за деньги - то второго сорта, вполсилы. А ведь он ни разу не допустил себя до халтуры. Что - не было у него дебилов-заказчиков, со своим видением композиции и цветового решения?
Это какое-то грандиозное усилие - все делать честно. Остальное, похоже, гнилые отмазки. Просто не хватает духу такое, чего там, признаемся.
Устыдилась.



большой )
asia_datnova: (Default)
Дед нашел на помойке книжку 1973 года издания, из серии "Пламенные революционеры": "Степень доверия", повесть Войновича о Вере Фигнер. Из предисловия с удивлением узнала, что автором текста к песне "Я верю, друзья, караваны ракет" является Войнович. В связи с "Москвой 2042" это интересно; приступила к чтению повести. На первой странице в двух абзацах уже встретила "получилось известие", "ныне", "посему", "называлися", "сия", доселе", "батюшка" и "однокашника".
asia_datnova: (Default)
По телевизору Арбенина советует тем, кому не нравится или непонятен Вырыпаев, "смотреть много Кустурицы, Триера, Джармуша, Бергмана".

Я считаю, вместо.
asia_datnova: (Default)
Из всей критики на фильм 12 мне больше всего нравится статья Сиривли.
Если кто еще не читал:
http://magazines.russ.ru/novyi_mi/2008/1/si20.html

Эта статья тоже хорошая http://www.booknik.ru/colonnade/bullets/?id=26314, но более очевидная.

Первая более аналитична и подробна. Вторая - более литературна и эмоциональна. У него в душе жар-птица.
asia_datnova: (Default)
Пожалуй, лучшая книга про расставание с иллюзиями - "Честный обман" Туве Янссон.
Там есть художница, с замечательной точностью рисующая лесную землю, но всегда отчего-то напихивающая в пейзаж кроликов, да еще и кроликов, расписанных цветочками. И вот в результате некоторых событий художница сперва перестает доверять людям, мучается неправильностью мира - он ей представлялся совсем иным, куда более уютным - потом перестает чувствовать землю, и горько сожалеет о прежней себе, считая, что раньше она была прекрасным простодушным существом. Но на самом-то деле она им давно уже не являлась, она и сама не успела заметить, как простодушие покинуло ее, и остались только цветные ширмочки иллюзий "все люди добрые, я милая".

А смысл-то в том, что голая земля без ненастоящих кроликов - гораздо лучше.
asia_datnova: (Default)
Дело с Паустовским вот в чем. Я ведь в достаточной степени неуч, так уж вышло, долго рассказывать. Ну и как-то хаотично продолжаю образовываться. Паустовского я раньше вообще не читала, разве что абзацы с описанием природы в хрестоматиях. Если это были хрестоматии, не помню. В связи с фамилией и коричневой обложкой у меня сложилось об этой книге рассказов заранее-представление, что это осенняя книга, вроде кленового листа. И я никак не ожидала, что это окажется смесью Хемингуэя и Куприна, с романтизмом. Но дело не в этом: там есть рассказы про сильных мужчин, настоящих человеков в советской стране. И как ни странно, именно сочетание "настоящих мужчин" и зябких описаний природы дурным образом действует на настроение. С одной стороны становится грустно, с другой - возникает странный эффект: чем больше "ура" и "вперед", тем сильней мизантропия. Но это происходит не от собственно "ура" и вперед", а так, словно человек писал "ура", а сам при этом думал: "сволочь". (Предположительно так оно и было: все-таки время.) Но считываешь ты именно "сволочь". То есть, мизантропия автора передается в полном объеме.

Да, и еще: там заглатывает крючок большая и веселая рыба. То есть понятно, что перенос, вот у Олеши такое сплошь и рядом, и что веселился сам рыбак, потому что рыбе веселиться в этой ситуации было не о чем.

Так, то есть вот я перебросила уже мостик к "Тарусским страницам".
Потом стану читать позднего.
asia_datnova: (Default)
Прочла вчера "Принцессу Грезу". В моем возрасте, конечно, поздновато. А и хорошо, что поздновато - представляю, как это в детстве задурило бы мне голову.
Но вот что мне понравилось:
"- Амбра, амбра...
- Умер! Умер!.."

Хотя я полагаю, в оригинале нет такой переклички.
(Самого текста не нашла, но амбра - так и будет ambre, а умер - скорее всего, mourir, то бишь, mort.)


Умбра, умбра.
asia_datnova: (Default)
Параферналия. Знаете ли вы другое столь же сложное слово, имеющее столь простой смысл?

Тут я хотела вставить толкование из словаря, но так и не нашла, зато Яндекс предложил мне купить это слово. Здорово. Куплю себе слово параферналия в личное пользование. Это хорошее слово, выкатывающееся вагончиком детской железной дороги. Другой вагончик - патернализм.
Еще бы я купила себе слова "блюм" и, пожалуй, "сляб".
asia_datnova: (Default)
Сегодня мы дезертирствовали. Я и моя начальница Наташа. Вместо работы мы ходили с утра на выставку Шагала, а потом благостно пили пиво в "Апшу".
Проснулась ранним утром - еще бы, десять часов! Вышла на улицу. Ощущения пасхальные: солнце, тепло, мало народу, я в белых одеждах.
В зале солнце светит сквозь решетчатую крышу, сообразно пахнет свежевымытый деревянный пол. Картины источают жирный аромат масла со скипидаром. Наташа с рыжими волосами, в черно-желтом шарфе и черной кофте выгодно смотрится на фоне графики в коричневых рамах.
Единственное, что я не понимаю в этой выставке - так это логики. Почему, например, рядом висят 19-й и 35-й годы?
По поводу влюбленных над городом рассказала мне Наташа. Однажды ей пришло в голову писать эссе об этой картине, в том аспекте, что она многократно использовалась в рекламе. Наташа решила проведать оригинал. Но опоздала. Пришла на Крымский вал, вошла в зал - а там пустое место на стене, веревочки, табличка - и вахтерша сидит рядом на стуле, скучает.
- А где влюбленные?! - говорит Наташа.
- Улетели... - говорит вахтерша.

Мне же вспоминается в связи с Шагалом история, как нас в художественной школе водили на выставку, а потом опрашивали. Я запомнила: Витебск, козел...
- Как думаешь, - спрашивал учитель, - что имелось в виду под образом козла? Что символизировал козел в небе над Витебском?
- Ну, - говорила я, пожимая плечами, - наверное, это он имел в виду - что он козел, что оттуда уехал...

Вообще, все его творчество - на радости. Лица складываются, как бумажные кораблики по весне. Шагал широкими шагами.
Искусствоведы говорят, что поздний Шагал в подметки не годится раннему Шагалу. На мой взгляд, он уехал с полным чемоданом образов, которые впоследствии позволили ему дожить весьма достойно.

В каждом зале стоял тикающий как бомба прибор с самописцем, чертящий на кальке бесконечные графики: температура и влажность помещения. Словно кардиограмма.

О чем мы говорили в "Апшу". О трудности экранизаций и еще большей трудности экранизации биографий. Вероятно, оттого, что экранизируя произведение, нужно быть по крайней мере не глупее автора, а с жизнью человека еще труднее совпасть. О том, что "Неоконченная пьеса для механического пианино" - хороший фильм, но по духу не совпадает с Чеховм, потому что в нем слишком много хамства. Михалкову было не так сложно это сделать, из-за благоговения к собственным дворянским корням, скрипучей дверце шкапа в коридоре и "кончаловке" на смородиновых почках.

Profile

asia_datnova: (Default)
asia_datnova

January 2013

S M T W T F S
   12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Aug. 20th, 2017 03:24 pm
Powered by Dreamwidth Studios